August 16th, 2010

Коротченко

Парировать возможные угрозы со стороны Грузии


Угроза новой войны на Кавказе?

Максим Шалыгин
16.08.2010, 14:01
Как сегодня оценивают итоги "пятидневной войны" в Закавказье? Какие уроки извлекли из вооруженного конфликта Россия, Грузия и Запад? Какое соотношение военных сил сложилось в регионе за два мирных года? Возможно ли повторение грузинской агрессии?

Гость программы "Экспертиза" - Игорь Коротченко, главный редактор журнала "Национальная оборона", член Общественного совета при Министерстве обороны Российской Федерации.

Ведущий - Максим Шалыгин.


Шалыгин: Здравствуйте, друзья! Как и каждую пятницу рядом со мной в студии - Игорь Юрьевич Коротченко, главный редактор журнала "Национальная оборона", член Общественного совета при Министерстве обороны Российской Федерации.

Президент России Дмитрий Медведев в своей сочинской резиденции встретился с главой Южной Осетии Эдуардом Кокойты. Речь, конечно, шла об итогах этих двух лет. Это и проблема международной защиты (именно так я бы сказал) Россией югоосетинского, абхазского народов, в том числе признание этих двух самопровозглашенных государств . Это и итоги войны августа 2008 года, и то, как они сегодня освещаются в информационном пространстве. Это, конечно, проблема восстановления югоосетинской республики. И здесь не все так просто. Я не прошу вас комментировать этот процесс отдельно.

Сразу небольшое объявление. Друзья мои, 26 числа я планирую быть в Цхинвале, и оттуда, надеюсь, мы сделаем большую программу именно по проблеме восстановления Южной Осетии. Вас же я хотел спросить, в связи с этой встречей, о том, как спустя два года освещается кавказская война, грузино-югоосетинская война, российско-грузинская война? Грузинская агрессия против народов Южной Осетии либо российская экспансия на территории суверенной Грузии? Как это понимается сегодня?

Коротченко: Каждая сторона, естественно, говорит ровно противоположные формулировки. Грузия говорит об оккупации части территории. Мы говорим об агрессии Грузии, и что создано легитимное правительство новых независимых государств. Это факт, с которым сегодня никто не спорит. Другое дело, какие уроки, выводы мы извлекли из той войны. Я полагаю, что здесь исключительно важен, прежде всего, конечно, военный аспект. Потому что, когда такие непримиримые политические противоречия заставляют применять военную силу, на самом деле, все решает то, у кого эта сила лучше, кто ей более адекватно управляет, кто принимает грамотное решение по управлению группировками войск. И здесь, конечно, очень важно сказать о том, что те уроки, которые мы усвоили в войне 08.08.08, во многом сегодня реализуются в реальной программе военного строительства.

Прежде всего, в соответствии с тенденциями ведущих в военном отношении государств, мы переходим на системы территориальных командований. Создается четыре объединенных стратегических командования. И как раз в объединенное стратегическое командование (ОСК) "Юг" войдет Северо-Кавказский военный округ, Каспийская флотилия, Черноморский флот, наши российские военные базы в Южной Осетии, Абхазии, Армении. Весь этот конгломерат войск теперь будет управляем из единого центра - ОСК "Юг". При необходимости либо при повторной теоретической возможной агрессии Грузии этот центр сможет более адекватно, быстро осуществлять управление группировками войск. Это первое - изменение системы управления войсками и оружием.

Второй, не менее важный фактор. Были сделаны уроки из того, что организационно-штатная структура российских войск не в полной мере отвечала условиям ведения боевых действий в локальных войнах. И произошел отказ от дивизий, полков армий, произошел переход на бригады. И бригады стопроцентно укомплектованы личным составом и техникой. Другое дело, что эта техника на 90 процентов старая, на 10 процентов - новая. Но, тем не менее, теперь не дай Бог что-то случись, за час поднимается бригада и выступает на маршрут выдвижения к районам боевых действий.

Немаловажное значение имеет и то, что внесены корректировки в государственную программу вооружений. Сегодня целый ряд разрабатываемых и готовых к производству систем вооружения будет целевым образом направляться на Северный Кавказ для того, чтобы в ближайшие четыре года повысить степень укомплектованности дислоцированной там группировки войск новым оружием примерно до 30 процентов. Профинансировано также создание новых автоматизированных систем управления тактического стратегического звена, которые в ближайшее время смогут использоваться для автоматизации процесса управления войсками и ведения боевых действий. И, конечно же, сделаны уроки относительно того, что наша армия, особенно группировки в Северо-Кавказском регионе, должны иметь возможность ведения ночного боя. Поэтому проводится соответствующая модернизация техники, поставка необходимого оборудования.

Мы полагаем, что, может быть, где-то через 2,5-3 года группировка войск, которой будет управлять объединенное стратегическое командование "Юг", будет существенно отличаться в лучшую сторону от того, что было в 2008 году, и от того, что есть сейчас. То есть, будет реальный прогресс. Потому что грузинская армия в пятидневной войне была и лучше экипирована, и лучше оснащена. Но мы разгромили грузин за счет превосходства нашего военного духа. Вот такие выводы, которые мне приходят на ум.

Шалыгин: Вы понимаете, что вы говорите?

Коротченко: А что я говорю?

Шалыгин: Мы разгромили грузин за счет нашего военного духа.

Коротченко: Да, конечно. Потому что американцы, например, сделали выводы о том, что, несмотря на все усилия по переоснащению грузинской армии, слабым местом оказался моральный дух грузинской армии. И сегодня американские военные советники как раз пришли к выводу, что главное - это даже не оружие, потому что Грузию за эти два года снова вооружили до зубов, а главное - привитие моральных волевых качеств грузинским солдатам и командирам.

Шалыгин: Иными словами в 2008 году грузинская армия была сильнее российской?

Коротченко: Она была лучше экипирована и оснащена при примерном равенстве группировок войск в численном количестве.

Шалыгин: Понятно. Все равно как-то напрашивается вопрос, неужели снова побеждаем силой духа? То с винтовкой Мосина - в 1941 году, то еще какими-то способами. Как-то за армию стыдно становится.

Коротченко: Максим, но это было два года назад. Поэтому я говорю, что необходимые решения, выводы сегодня сделаны. Мы видим уже реальные качественные изменения. Просто важно понимать, что два года - все-таки очень маленький промежуток. Где-то еще примерно 2,5-3 года - и ситуация изменится качественно. Тем более, что мы влияем на геополитический баланс сил в регионе, в том числе поставками наших отдельных систем, которые имеют резонансный характер. Вы понимаете, о чем я говорю?

Шалыгин: Давайте о наших отдельных системах поговорим немножко позже. Пока об итогах войны 2008 года. Вновь в информационном пространстве всплыла история о том, как Россия уничтожала грузинские города. В частности, знаменитое заявление 2008 года главы Министерства внутренних дел Грузии Вано Мерабишвили о том, что Россия тогда, в августе, выпустила по Грузии 60 ракет "Искандер" и "Точка-У", что не всегда разрешено, я так мягко скажу, всякими конвенциями. Типа кумулятивные, осколочные - это, мол, не цивилизованно.

Коротченко: Максим, все вполне цивилизованно.

Шалыгин: Позвольте, я продолжу. И обвинения Грузии в адрес России звучат, что это была абсолютно ничем не оправданая, наглядная демонстрация для того, чтобы лучше покупали российские установки. Для этого Россия специально применила ракеты по городу Гори, другим населенным пунктам Грузии. Выше всего ценится на рынке оружия наглядная, практическая демонстрация.

Коротченко: Максим, но это бессовестная ложь. Потому что данные классы вооружений, данные ракеты, относятся к высокоточному оружию. Поэтому, если они и применялись... У меня сильное сомнение, что применялся "Искандер". А "Точка-У", действительно, применялась, но за счет того, что наведение осуществляется достаточно точно с помощью инерционной системы. Речь шла о точечном поражении военных баз и объектов. Другое дело, что, конечно, если такая ракета ударит в центр, скажем, аэродрома, в центр ВПП (взлетно-посадочной полосы), то аэродром невозможно использовать. Мы, естественно, использовали такие виды оружия для нанесения ударов по военным объектам, но не по гражданским городам. Поэтому эти обвинения носят характер пропаганды. По ряду причин вполне понятно, зачем грузинские политики этим занимаются.

Но, кстати говоря, я хотел бы отметить, что касается Черноморского флота и переоснащения, мы с вами уже говорили, что придут новые дизельные подводные лодки "проекта 636". Они будут иметь на вооружении высокоточный комплекс ракетного оружия, с ракетами для поражения наземных целей.

Если Грузия, не дай Бог, попытается снова развязать военные действия, то мы будем решать задачи избирательного поражения объектов грузинской инфраструктуры на принципиально новом уровне. И, конечно, мало не покажется. Поэтому я бы на месте Саакашвили очень серьезно озадачил бы свои соответствующие подразделения, которые занимаются сбором и анализом информации, на предмет того, чтобы посмотреть, какой будет баланс сил. Возможен ущерб для Грузии, если они снова втянутся в военную авантюру, учитывая те военные возможности, которые Россия активно наращивает в регионе для парирования тех угроз, которые могут быть...

Слушайте полную версию программы

 


Скачать