August 24th, 2010

Коротченко

Российское военное присутствие в СНГ

Программа "Экспертиза" на "Голосе России" 

Российские военные базы за рубежом: стратегия и перспективы

Максим Шалыгин
23.08.2010, 18:27
Российское военное присутствие в Средней Азии. Какая судьба ждет наши военные базы на постсоветском пространстве? Какие геополитические амбиции лелеют США в этом регионе?

Гость программы "Экспертиза" - Игорь Юрьевич Коротченко, главный редактор журнала "Национальная оборона", член Общественного совета при Министерстве обороны РФ.

Ведущий - Максим Шалыгин.


Шалыгин: У нас в гостях Игорь Юрьевич Коротченко, главный редактор журнала "Национальная оборона", член Общественного совета при Министерстве обороны РФ.

Мы начали беседу с обсуждения соглашения, заключенного президентами России и Армении, о продлении пребывания российской военной базы в Гюмри до 2044 года. Давайте почитаем, что нам написали: "Как можно будет производить снабжение базы в Армении, если Грузия и Азербайджан закроют воздушное пространство в случае какого-нибудь конфликта?". Вопрос из Тбилиси.

Коротченко: Никак. Если закроют воздушное пространство, если перекроют железнодорожные перевозки, тогда будет туго. Но мы надеемся, что до этого дело не дойдет.

Шалыгин: Железнодорожных перевозок и так нет.

Коротченко: Значит, остается только воздушный путь. Хотя в Армению можно добраться железной дорогой.

Шалыгин: Там первая железная дорога, которая идет на Россию через Азербайджан, заблокирована карабахским конфликтом. Вторая железная дорога, которая идет на Абхазию, местами взорвана, и грузины отказываются ее ремонтировать даже за счет России. Вот и все. Третья железная дорога идет в порт Поти. Потом только морем.

Коротченко: Понятно. Значит, остается только воздушное сообщение. А если и его перекроют, значит, будем выживать за счет армянских ресурсов.

Шалыгин: Хорошо. Давайте читать дальше. Вот еще один вопрос: "Подбитые грузинские танки в Южной Осетии были российского производства. Учитывается ли это конструкторами?".

Коротченко: Нет. Дело в том, что весь парк танков Т-72 был построен во времена Советского Союза. После распада СССР, часть танков осталась Грузии, часть танков была поставлена туда из Восточной Европы.

Шалыгин: Из Украины что-то подкинули.

Коротченко: Да, и Украина подкинула. В том числе и новые модернизированные танки "Оплот". Но когда солдат-наводчик видит вражеский танк, он не думает о конструктивных особенностях. Ему важно как можно скорее зарядить - выстрелить - зарядить. Таким образом, ребята получили героев России, когда один экипаж подбил, по-моему, пять или шесть грузинских танков.

Шалыгин: Возвращаемся к Армении. Подписание договора о пребывании российской базы вызвало колоссальное количество вопросов.

Коротченко: У кого? В Азербайджане?

Шалыгин: Нет, еще интереснее. У журналистов, аккредитованных на церемонии в Ереване. Например, российского министра обороны Сердюкова спрашивали: "Правда ли, что Россия поставит Ирану зенитно-ракетные комплексы С-300?". Активное отрицание Сердюковым этого факта и навязчивое пережевывание этого отрицания в прессе создают некую иллюзию, будто Россия уже договорилась поставлять эти установки Исламской Республике.

Коротченко: Нет. Насколько я знаю, было два важных заявления. Заявление Сердюкова и более раннее заявление Чемизова, руководителя «Ростехнологий». Заметьте, что они говорят: «Окончательного решения не принято: ни об отказе от контракта, ни на его реализацию». То есть окно возможностей не закрыто, и это очень важно, что мы четко не говорим: «Все, контракта не будет». Конечно, создается вот такое поле неопределенности, которое может трактоваться и так, и так. Но это и возможность России для определенных маневров.

Шалыгин: Есть ли у вас достоверная информация о том, будет ли в Киргизии еще одна американская военная база?

Коротченко: Такие вопросы надо задавать людям из Пентагона. Я думаю, что будет. Это моя личная точка зрения.

Шалыгин: Речь идет о военной базе в Оше?

Коротченко: Да, совершенно верно. Это будет сухопутная база, потому что для Америки чрезвычайно важно не просто войти в регион, ей нужно там остаться. Тем более в Киргизии войны нет, гробы под звездно-полосатыми флагами оттуда не поступают, регион чрезвычайно важный. Я думаю, они создадут там свою базу. Другое дело, что позволить им это, наблюдать за этим со стороны - будет нашей большой ошибкой.

Шалыгин: Что может сделать Россия сейчас?

Коротченко: На самом деле, Россия может все. Она абсолютно все может сделать. Она может построить там российскую сухопутную военную базу. Она может все.

Шалыгин: Военный крейсер - Киргизии?

Коротченко: Понимаете, моя точка зрения следующая. Киргизия - зона наших жизненных интересов. Мы должны контролировать это пространство военными и геополитическими способами. Вообще, все постсоветское пространство - зона наших жизненных интересов, поэтому мы должны управлять протекающими там процессами.

Шалыгин: Знаете, я недавно ознакомился с отчетом международной организации "Хьюман райтс уотч" (Human rights watch), которая комментировала кровавые события на юге Киргизии, то есть столкновения на этнической почве между киргизами и узбеками. В этом отчете любопытные выводы. Вывод первый: во всем виноваты узбеки. Хотя я располагаю видеодокументами, когда узбеков сжигали заживо.

Коротченко: Их резали, сжигали, насиловали, и теперь они же и виноваты?

Шалыгин: Второй вывод из этого замечательного доклада: Россия виновата в том, что не ввела своих военнослужащих в Киргизию.

Коротченко: Я был сторонником ввода.

Шалыгин: А я был противником и остаюсь им.

Коротченко: Я считаю, надо было вводить войска ОДКБ под тем или иным мандатом. И не важно, легитимно это или нет. Войска надо было ввести.

Шалыгин: Обращения к ОДКБ не было. Было только обращение к России. При этом никаких гарантий временная власть в лице Розы Отунбаевой не давала.

Коротченко: Значит, надо было способствовать политическим процессам роста самосознания киргизского народа для того, чтобы могли прийти к власти другие руководители.

Шалыгин: Вы знаете, что книги рода в Киргизии начинаются от Ноя, того самого.

Коротченко: Я думал, это армяне ведут свою родословную...

Шалыгин: Нет, Игорь Юрьевич, я видел эти книги. Киргизы считают свой род от Ноя - это к вопросу о росте самосознания. Во-вторых, я хочу напомнить хронологию событий после того, как Роза Отунбаева пришла к власти. Первое решение временного президента - распустить парламент. Второе решение - пригласить американцев остаться.

Коротченко: Это как раз то, о чем мы с вами говорили: нынешнее руководство Киргизии - ненадежный партнер.

Шалыгин: Посмотрим, что будет дальше...

Слушайте полную версию программы

 


Скачать