September 30th, 2010

Коротченко

Российский аналог DARPA: механизм функционирования


На официальном сайте Российской академии наук размещен мой комментарий, который я дал информационному агентству  РИА Новости по итогам совещания, которое провел в Раменском по вопросам инновационного развития ОПК президент РФ Дмитрий Медведев. См.  http://ras.ru/news/shownews.aspx?id=41b322f2-2dc1-4937-87f4-4d61425d932e#content
Коротченко

Быть готовым к войне на каждом ТВД


В "Независимой газете", где когда-то я начинал свою журналистскую карьеру (стоял у истоков создания "Независимого военного обозрения"), вышла моя статья о приоритетах новой Государственной программы вооружения - 2020.  См http://www.ng.ru/nvo/2010-09-29/10_tvd.html   
 

Коротченко

Иран без С-300

Россия отказала Ирану в оружии: предпосылки и последствия

Максим Шалыгин
27.09.2010, 16:02
Президент России Медведев издал указ о запрете поставок в Иран военной техники, в том числе зенитных установок С-300. Как изменятся российско-иранские отношения? Как закрытие иранского рынка оружия отразится на отечественном ВПК?

Гость программы "Экспертиза" - Игорь Юрьевич Коротченко, военный эксперт, главный редактор журнала "Национальная оборона".

Ведущий - Максим Шалыгин.


Шалыгин: Здравствуйте, друзья! В студии Игорь Юрьевич Коротченко, главный редактор журнала "Национальная оборона", член Общественного совета при Министерстве обороны РФ. Как и всегда в студию "Голоса России" вы можете направлять вопросы, комментарии, пожелания. Игорь Юрьевич, здравствуйте!

Коротченко: Добрый вечер!

Шалыгин: Давайте начнем с указа президента России Дмитрия Медведева от 22 сентября о мерах по выполнению резолюции Совета Безопасности ООН 1929 от 9 июня 2010 года. Уже понятно, что это за резолюция. Это запрет транзитного перемещения через территорию России (в том числе воздушным транспортом) в Иран, вывоза с территории России в Иран, а также передача Ирану вне пределов России с использованием морских воздушных судов под государственным флагом РФ (перечисляем, запрет чего) любых боевых танков, судов, бронированных машин, артиллерийских систем большого калибра. Также запрещается передача боевых самолетов, вертолетов, военных кораблей, ракет или ракетных систем, как они определяются в регистре обычных вооружений Объединенных Наций, зенитных ракетных систем С-300, либо материальных средств, связанных со всем перечисленным, включая запасные части.

Понятно, что Вашингтон горячо одобряет такое решение Москвы. Тегеран требует выполнение договора 2007 года. Общая сумма контракта составляет 800 миллионов американских долларов. Первый вопрос к вам как к техническому специалисту. Объясните, почему в этом списке, где есть танки, БМП, артиллерийские системы, присутствуют С-300?

Коротченко: Это политическое решение, принятое президентом России Дмитрием Медведевым.

Шалыгин: Просто все, что я перечислял до С-300, - это наступательное вооружение. Правильно? С-300 - это система защиты.

Коротченко: Вы абсолютно правы. Поэтому я говорю, что С-300 формально не подпадает под действие резолюции Совета Безопасности ООН, но она там перечислена. Это политическое решение президента России.

Шалыгин: Вы это не комментируете?

Коротченко: Могу сказать по опыту заключения подобного рода контрактов, что, очевидно, сумма штрафных санкций составит порядка 10 процентов от суммы сделки, то есть 80 миллионов долларов. Нам будут предъявлены такие санкции. Хотелось бы рассчитывать, что предприятиям, например, "Рособоронэкспорту", которые попадут на санкции, государство выплатит из госбюджета эту сумму. Это форс-мажорные обстоятельства и никто заранее не знал, что будет такой итог. То есть, сумма будет компенсирована из бюджета нашим производителям и спецэкспортерам. Очевидно, что Иран предъявит неустойку.

Шалыгин: Означает ли это военно-политическое решение, что Россия присоединяется к блокаде и санкциям против Исламской Республики Иран?

Коротченко: Формально были заявления. На фоне данного указа президента России два должностных лица из МИДа...

Шалыгин: И помощник президента Приходько комментировал этот указ, смягчая тональность документа.

Коротченко: И было заявление Константина Бирюлина из Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству, что формально остается целый ряд направлений. Мы можем по ним работать. Но я думаю, что в практическом плане тема Ирана как партнера России по военно-техническому сотрудничеству закрыта.

Что касается того сегмента, в котором возможны поставки... Мы в Центре анализа мировой торговли оружием сделали внимательный анализ, во-первых, текста указа Медведева. Во-вторых, посмотрели на структуру нашего оружия, которое интересовало Иран. Не подпадают под действия эти санкции два направления: это автомобили, в частности, большегрузные автомобили двойного назначения. Это "КамАЗ", "Урал".

Шалыгин: Есть замечательные Mack...

Коротченко: И второй сегмент, это транспортные вертолеты. Но учитывая, что каждое из этих направлений пограничное...

Шалыгин: Есть конкуренция.

Коротченко: На базе "КамАЗа" можно поставить пусковую установку ПЗРК.

Шалыгин: Понимаю.

Коротченко: Либо на вертолеты Ми-17 и Ми-8 можно поставить подвеску или установить неуправляемые реактивные снаряды. Формально получается вертолет уже военного назначения. Поэтому я думаю, что пограничные виды вооружения и техники мы не будем поставлять, да и, скорее всего, Иран уже не захочет их приобретать. Давайте говорить прямо: в определенной степени мы имидж подпортили. Вместе с тем, я не хочу посыпать голову пеплом. Могу сказать, что я в теме того, как развивалось российско-иранское военно-техническое сотрудничество.

В свое время, работая в "Независимой газете", мы с Дмитрием Горностаевым, который сегодня представляет одно из российских информационных агентств в Нью-Йорке и руководит корпунктом... Скажем так, во времена раннего Путина мы подготовили программную статью о том, что сделка Гора и Черномырдина, по которой один раз мы уже прекратили военно-техническое сотрудничество с Ираном, нанесла колоссальный ущерб российским государственным, промышленным, военным интересам.

Где-то через полтора месяца после этой статьи Путин, уже будучи президентом, подписал указ, который снимал любые ограничения на связи с Ираном. Я вместе с маршалом Сергеевым, тогда министром обороны, посетил Иран. Как раз проговаривались в том числе и те контракты, о которых речь идет сегодня.

Я скажу так: если бы иранцы вовремя, извините за такое слово, подсуетились, они бы могли уже иметь у себя С-300. Почему они этого не сделали? Были слишком требовательны, загибали пальцы на переговорах, их не устраивала цена контракта. Они были чрезвычайно капризны. Потом попросили устроить в Ашулуке показательные стрельбы из наших зенитных ракетных комплексов и систем, смоделировав налет по структуре эшелонов от крылатых ракет, которые шли на высоте 15-20 метров, до бомбардировщиков, которые шли в стратосфере. Также были цели, которые имитировали. Они хотели посмотреть, как это все работает. Увидели, что техника хорошая, но пытались опустить по цене.

И вот, вместо того, чтобы подписать контракт в 2002-2003 годах и уже в 2004-2007 годах получить эти системы, они только сам контракт заключили в 2007 году. Но за то время, когда шло выполнение контракта, - ведь надо заказать комплектующие, построить системы ракет, и все это экспортировать, - поезд ушел, изменилась политическая конъюнктура. В определенной степени они сами себя наказали. Не надо было гнуть пальцы, надо было брать по той цене, по которой предлагали. И сегодня сидели бы, как у Христа за пазухой, закрытые С-300, и не боялись бы предстоящих налетов американской авиации.

Так что здесь двойственная ситуация. С одной стороны, мне, конечно, жаль, что наш оборонный комплекс лишается такого выгодного рынка как Иран. По прогнозам на ближайшие 15 лет по суммарной структуре будущих контрактов мы могли бы получить от 11 до 13 миллиардов долларов. А с другой стороны, что касается Ирана, то надо было сразу покупать и оплачивать. И у них бы все было. Вместо этого они затянули переговоры и нарвались на политический форс-мажор.

Шалыгин: Пять дивизионов зенитно-ракетной установки повисли в воздухе.

Коротченко: Да.

Слушайте полную аудиоверсию программы

 


Скачать

 


ран
Коротченко

Поезд ушел


ЦАМТО: демарши иранских политиков не "разморозят" контракт по С-300

ЦАМТО: демарши иранских политиков не "разморозят" контракт по С-300

15:46 27/09/2010 "Указ президента РФ Дмитрия Медведева однозначно запрещает поставку в Иран зенитных ракетных систем (ЗРС) С-300 ПМУ1, контракт по которым был заключен в 2007 году. Поэтому любые демарши иранских официальных лиц не смогут изменить сложившуюся ситуацию", - заявил РИА Новости директор Центра анализа мировой торговли оружием (ЦАМТО) Игорь Коротченко. >>

</div></div>


На эту же тему см. цитирование моего коммента газете "Известия" на израильском интернет-портале http://www.newsru.co.il/press/28sep2010/fors_a103.html